Нормативные задачи строительно технической экспертизы

Задачи данного вида имеют целью установление соответствия (отсутствия такового) требованиям специальных правил (какой-либо норме) действий лиц (либо результатов этих действий, например, продукции производства), непосредственно или опосредованно участвовавших в производственной операции, в ходе либо по завершении которой произошло событие, ставшее предметом расследования или судебного разбирательства.
Для них характерен процесс сопоставления сущего и должного. Их отличительная черта - наличие нормы (положения какого-либо специального правила) в системе элементов сопоставления.
Такие задачи обычно формулируются следующим образом: "Имели ли место отступления от требований специальных правил при выполнении тех работ, в ходе которых произошел несчастный случай?". Такие ситуации характеризуются динамикой на стадии, предшествующей событию, так и динамикой в процессе несчастного случая (аварии).
Бывают и иные ситуации, когда происходит травматическое событие либо наносится значительный ущерб строительному объекту вне производственного процесса, такие как обрушение уже смонтированной плиты перекрытия в здании; падение с высоты элементов технологической оснастки, инструментов либо штучных строительных материалов и изделий (доски, кирпича и пр.), складированных ненадлежащим образом, и т.д. Здесь стадия, предшествующая процессу, приведшему к негативным последствиям, характеризуется относительной статичностью. Само же событие, разумеется, динамично.
При таких обстоятельствах вопрос, ставящийся перед экспертом, "привязан" не столько к виду выполняемых (выполненных) работ, сколько к месту происшествия, его вещной обстановке.
На практике встречаются следующие его формулировки:

Противоречило ли требованиям специальных правил наличие поддона с кирпичом на краю не ограждённого балкона (складирование бревен у кромки котлована)?
Соответствовал ли монтажный узел, соединяющий плиту перекрытия и наружную стену, требованиям строительных норм и правил?.

В любом случае такие вопросы ориентируют эксперта на установление соответствия действий лиц (например, участников строительного производства) требованиям строительных норм и правил, регламентирующих вопросы безопасности труда либо порядок выполнения определенных производственных операций, технологических процессов.

По поводу, входит ли в компетенцию эксперта решение рассматриваемых вопросов, существуют различные точки зрения. Так, свою позицию В.М. Галкин выражает следующим образом: "Установление соответствия поведения лица правилам не есть установление объективно существующего факта, а лишь его оценка с точки зрения права, включающего различного рода специальные правила... Поскольку важнейшим свойством заключения эксперта является установление тех или иных фактов, правовая оценка фактов не есть функция экспертизы. Поэтому вывод о соответствии поведения лица специальным правилам, как не содержащий сведений о факте, а представляющий собой часть его правовой оценки, не является экспертным, а будучи сделан, не имеет характера доказательства и, следовательно, не должен облекаться в процессуальную форму заключения эксперта".

Как правило, при производстве строительно-технических экспертиз по уголовным делам, связанным с несчастными случаями и авариями, произошедшими в ходе строительства, действия лиц соотносятся с требованиями СНиП 12-03-2001 "Безопасность труда в строительстве" (6) и типовых инструкций по охране труда, разработанных практически для всех видов строительных работ, а указанные выше материальные объекты и вещная обстановка события - с требованиями соответствующих СНиПов, ГОСТов, ТУ (технических условий) и пр.

Обвиняемых, подозреваемых и потерпевших по делам рассматриваемой категории можно условно разделить на три группы.

Первая группа - непосредственные участники события: отдельные работники либо группа лиц (бригада или звено, например крановщик, стропальщик, бульдозерист и сигнальщик) - исполнители тех или иных строительных работ. Действия этих лиц функционально связаны с выполнением какой-либо производственной операции либо комплекса операций. В их обязанности входит обеспечение соответствия своих действий положениям документов, регламентирующих технологию ведения тех работ, которые им поручены, а также соблюдение инструкций по охране труда, относящихся к их профессии, разработанных на основе соответствующих типовых инструкций.
Вторая группа - лица, в чьи обязанности входит организация работ и контроль за их выполнением, а также обеспечение безопасных условий труда на определенном производственном участке. Это руководители строительства - бригадир, мастер, прораб, начальник участка, главный инженер, руководитель организации, его заместители.
Третья группа - лица, в чью компетенцию входят вопросы, связанные с обеспечением безопасных условий труда на производстве. Это начальник отдела по охране труда и технике безопасности строительной организации, а также инженеры по охране труда и технике безопасности.

Главную роль в обеспечении безопасных условий труда играют, безусловно, руководители производства. Эффективность этой стороны их деятельности определяется профессиональной подготовкой и практическим опытом.
Произошедшее событие - результат действия многих составляющих, в том числе стремления упростить и ускорить выполнение какой-либо производственной операции, сократить затраты, избежать простоя при невозможности правильно оценить ситуацию во всем ее многообразии в силу недостаточной профессиональной подготовки. Изучение ситуации в определенной степени (в пределах компетенции) должно осуществляться экспертом-строителем.
Его роль ограничена процессуальными рамками, в пределах которых он может установить:

обеспечивалась ли объемом и характером знаний, предусмотренными учебной программой того или иного учебного заведения либо специальных курсов, иной профессиональной подготовкой, возможность надлежащего ведения работ (исполнения обязанностей) обвиняемым, подозреваемым, потерпевшим;
соответствовал ли их производственный стаж тем требованиям, которые предъявляются к лицам, выполняющим те или иные виды работ (исполняющим определенные обязанности);
применительно к ряду работ - был ли соблюден порядок прохождения медицинского осмотра указанных лиц, а также соответствовали ли их возраст и пол требованиям специальных правил (таковыми являются работы, к которым предъявляются дополнительные требования по безопасности труда: газосварочные, дорожные, земляные и др.).

Рассмотрим следующий пример.
В ходе расследования обстоятельств несчастного случая, произошедшего в г. Мурманске при выполнении военнослужащими работ по демонтажу полусгоревшего деревянного здания и повлекшего гибель одного и травмирование разной степени тяжести шести человек, была назначена строительно-техническая экспертиза.
В перечне вопросов, поставленных на разрешение эксперта, не было того, который ориентировал бы сведущее лицо на установление степени подготовленности к выполнению порученной работы обвиняемого - офицера квартирно-эксплуатационной службы пограничного отряда старшего лейтенанта Д., перед которым начальник отряда полковник К. поставил задачу силами солдат учебного центра разобрать пострадавшую от пожара типовую сборно-щитовую одноэтажную казарму. Указанное обстоятельство эксперт исследовал по собственной инициативе, право на которую предусмотрено действующим законодательством (п. 4 ч. 3 ст. 57 УПК РФ), и установил, что обвиняемый в течение полутора лет после окончания высшего военного учебного заведения исполнял должностные обязанности, характер которых никак не был связан с порученным заданием. Специальность, приобретенная в училище, также не предполагала наличия каких-либо знаний в области строительства. Кроме того, установлено, что старший лейтенант Д. за все время работы не проходил обучения и не аттестовывался в установленном порядке на знание правил безопасности труда в строительстве, а также не имел никакой специальной подготовки по руководству демонтажем (разборкой) или сносом строений. Вместе с тем в соответствии с требованиями специальных правил, регламентировавших порядок выполнения этих работ, к разборке конструкций зданий допускаются лица, прошедшие обучение по утвержденной программе и имеющие соответствующие удостоверения, а сами работы должны проводиться под наблюдением опытного инженерно-технического персонала. Опыт проведения таких работ включает знания о необходимости разработки, согласования и утверждения в установленном порядке проекта их производства, основанного на результатах исследования конструктивных особенностей и технического состояния строения, подлежащего демонтажу. При этом обращается особое внимание на общее состояние конструкций и элементов здания, особенно смежных с подлежащими разборке, и состояние связей между ними, их прочность и устойчивость, причины, которые могут вызвать обрушение, - в целях принятия мер по предупреждению возможных обрушений в процессе выполнения работ. Учитывая их опасность, специальные правила включали в себя также требование, в соответствии с которым перед началом работ производится повторный (по отношению к проведенному) осмотр подлежащих разборке конструкций в целях уточнения технических решений для составления проекта производства работ. По результатам обследования осуществляются дополнительные меры предупреждения внезапных обрушений, не предусмотренные данным проектом.

Не обладая знаниями о необходимости проведения этих мероприятий, обвиняемый не мог в должной мере оценить опасность разборки здания, следовательно, предвидеть возможность события, ставшего предметом уголовного расследования, что и отмечено экспертом в заключении. Эксперт обратил внимание также на уровень подготовки к выполняемым работам непосредственных исполнителей - рядовых военнослужащих. Из материалов дела следовало, что они, как и обвиняемый, не проходили специального обучения, не имели никакого опыта выполнения производственных операций, связанных с демонтажем строений, и не обладали какими-либо строительными профессиями, тогда как разборка деревянных перекрытий, полов, перегородок, оконных заполнений выполняется плотниками соответствующих разрядов, разборка кровли - кровельщиками, разборка печей - печниками (при их отсутствии - каменщиками). Специфика выполняемых работ предъявляет к ее исполнителям особые требования. Так, при комплектовании звеньев либо выделении одного рабочего необходимо учитывать особую важность соблюдения правил ведения работ, обеспечивающих безопасные условия труда. Это обусловливает необходимость постоянного контроля за состоянием и устойчивостью конструкций, служащих опорой во время работы, и прочностью приспособлений, обеспечивающих безопасность труда, а также за безопасностью людей, находящихся в зоне работы. Для этого требуется соответствующая подготовка рабочих, а во многих случаях - умение выполнять работы смежных профессий.
Исполнители работ (потерпевшие), как и обвиняемый, не имея необходимой (предусмотренной специальными правилами) профессиональной подготовки, были лишены возможности эффективно противостоять воздействию опасных производственных факторов и при этом не могли не выполнить приказ начальника отряда полковника К. Перечисляя отступления, допущенные при организации работ, в ходе выполнения которых произошел несчастный случай, эксперт отметил, что приказ лица, направляющего на разборку строения военнослужащих, не подготовленных для выполнения таких работ, противоречил требованиям специальных правил, что и обусловило произошедшее событие.
"К обстоятельствам, устраняющим уголовную ответственность, судебная практика и наука уголовного права относят деятельность, связанную с исполнением законного приказа. Законный приказ начальника обязателен для подчиненного. Поэтому лицо не может нести ответственность за последствия, наступившие в результате выполнения распоряжения вышестоящего органа (лица), требования которого были для него обязательны". Предметом экспертизы, как правило, являются и условия, способствовавшие несчастному случаю. В ходе допроса обвиняемому, подозреваемому либо потерпевшему с помощью эксперта может быть устроен своеобразный экзамен на установление фактического объема знаний. Результаты такого экзамена будут отражены в протоколе допроса (ст. 190 УПК) либо в протоколе судебного заседания (ст. 259 УПК РФ), которые должны быть приобщены к материалам уголовного дела. Эксперт, согласно п. 1 ч. 3 ст. 57 УПК РФ, вправе знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету судебной экспертизы, и может на них ссылаться в тексте заключения (на результаты своего личного восприятия хода и результатов допросов он ссылаться, разумеется, не может).
На основании изложенных в протоколе данных эксперт судит об уровне знаний допрашиваемого лица и в ряде случаев констатирует, что одним из условий, способствовавших травмированию либо гибели людей, была его недостаточная профессиональная подготовка.
Профессиональная подготовка, особенно для рабочих, определяется не только объемом усвоенных теоретических знаний, но и способностью выполнять конкретные операции, владеть предусмотренными технологией производства навыками, использовать необходимые средства и методы. Так, персонал, эксплуатирующий средства механизации, оснастку, приспособления и ручные машины, до начала работ должен быть обучен безопасным методам и приемам работ согласно требованиям инструкции завода-изготовителя и инструкции по охране труда.Установить наличие и уровень профессиональной подготовки можно в ходе выполнения такого предусмотренного уголовно-процессуальным законом действия, как следственный эксперимент (ст. 181 УПК РФ). Он проводится в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для дела, в том числе установления возможности совершения определенных действий. Следователь вправе провести следственный эксперимент с участием эксперта. Лицу, чей профессиональный уровень вызывает сомнения, может быть предложено выполнить операции, являвшиеся элементом производственного процесса, приведшего к несчастному случаю. О проведении следственного эксперимента составляется протокол (ст. 166 УПК РФ). Данные, содержащиеся в протоколе, эксперт может также использовать в качестве основы для оценки уровня профессиональной подготовки того или иного фигуранта по делу.

Собственно протокол в ряде случаев недостаточно информативен для дачи заключения эксперта. Это обусловлено ограничениями процессуального характера и спецификой источника протоколируемой информации. При проведении следственного эксперимента, за исключением ряда случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 170 УПК РФ, могут присутствовать понятые (ч. 2 ст. 170 УПК РФ). Протокол предъявляется им для ознакомления и подписания (ч. ч. 6, 7 ст. 166 УПК РФ). При этом в нем должна отсутствовать информация, для понимания которой требуются специальные знания. Кроме этого, протокол является фактофиксирующим документом, в котором нет места профессиональным оценочным суждениям, обобщениям специального характера. При отсутствии этих составляющих содержание протокола лишается той информационной полноты, которая необходима эксперту.
Спецификой следственного эксперимента является его динамичность. Выполняемой производственной операции присущи различного рода нюансы, едва уловимые детали, которые могут иметь значение для эксперта, а затем следователя и суда. Следует учесть также стремительность выполняемых действий, высокую скорость движущихся частей машин и механизмов, скоротечность всей производственной операции, что характерно для современных технологий. Не допускается (для удобства фиксации) искусственное замедление процесса, в противном случае будет утрачена чистота эксперимента.
Изложенное обусловливает необходимость использования в ряде случаев видеозаписи (ч. 6 ст. 164 УПК РФ). Часть 1 ст. 58 УПК РФ предусматривает содействие специалиста следователю в обнаружении и закреплении доказательств, в том числе с помощью технических средств. Отсутствуют какие-либо препятствия в выполнении этих действий экспертом, участвующим в эксперименте. Указанное положение позволяет производить видеозапись сведущему лицу, самостоятельно выбирая оптимальный ракурс и план съемки, сообщать следователю о необходимости повторить эксперимент в целом либо отдельные его фрагменты, если какие-либо существенные детали зафиксировать по тем или иным причинам не удалось. Материальный носитель результатов видеозаписи в установленном порядке прилагается к протоколу следственного эксперимента (ч. 8 ст. 166 УПК РФ) и является доказательством по делу (ч. 2 ст. 74 УПК РФ). По окончании проведения эксперимента видеозапись в установленном законом порядке представляется эксперту в качестве материала уголовного дела. В познавательном плане она становится объектом экспертного исследования, и сведущее лицо, изучая запись, будет иметь возможность замедлять ее воспроизведение либо останавливать его. Тем самым будет обеспечена возможность детального исследования действий того или иного лица в ходе выполнения им производственной операции, что позволит судить о его способности реализовывать на практике имеющиеся профессиональные навыки.
При проверке уровня теоретической подготовки в ходе допроса целесообразно использовать звукозапись. Только с ее помощью можно точно зафиксировать содержание и характер ответов на вопросы, задаваемые сведущим лицом, длительность пауз при их обдумывании, стиль речи и многие другие детали, которые, как правило, не находят своего отражения в протоколе допроса.
Учитывая, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть использованы для доказывания (ст. 75 УПК РФ), необходимо неукоснительно соблюдать требования уголовно-процессуального закона, предъявляемые как к процедуре выполнения названных выше действий (допрос, следственный эксперимент), так и к форме фиксации полученных результатов (ст. ст. 83, 166, 167, 190, 259 УПК РФ). Желательно, чтобы инициировало указанные действия, участвовало в них, а также обрабатывало полученные данные одно лицо. Уголовно-процессуальное законодательство допускает это: согласно п. 1 ч. 2 ст. 70 УПК РФ, предыдущее участие сведущего лица в производстве по делу в качестве специалиста не является основанием для его отвода.